Ящик с ремнём, который решает, что вообще можно везти
В полутёмном грузовом сарае у воды я укладываю хрупкий прибор в ящик с поролоном. Внутри уже пришит ремешок, он тянется от шейки прибора к пакетику от сырости на стенке. Крышка почти закрылась, и я вдруг чувствую рывок.
Этот ящик и есть картинка задачи. Прибор это то, за чем мы следим, пакетик это окружение, а ремешок это связь между ними с самого начала. Штука в том, что из-за ремешка не любая поза прибора годится, крышка закроется только в некоторых.
Если бы ремешка не было, правило простое: как положил, так и доедет, просто по обычным инструкциям. А с ремешком итог выглядит как обычный путь плюс дополнительный толчок, который появляется только из-за этой пришитой связи. И стартов всё равно меньше, только те, что реально помещаются.
Новое в том, что это правило с толчком можно переписать как одно ровное, линейное правило для любых записей на бумаге, даже для выдуманных. В ящике это как будто я разрешаю себе считать не только настоящие приборы, но и любые бирки из списка, добавляя поправку, которая растёт вместе с общим весом записи. Вывод простой: один ремешок даёт одну фиксированную поправку.
Но есть подвох. Для реальных укладок, где крышка закрывается, расширенное правило ведёт себя нормально. А если подставить невозможную укладку, оно может выдать результат, который ни в какой ящик не влезет, просто потому что такого старта в жизни не бывает.
Ещё можно писать правило по минутам, если в этот момент обычный путь можно прокрутить и вперёд, и назад. В ящике это как уметь по инструкции восстановить, что случилось минуту назад. Ремешок не трогает плавный поворот прибора, он меняет только грязную часть дороги, потёртости, утечки, затухание.
Для наглядности берут самый простой прибор с двумя режимами и одну дрожь света рядом. Без ремешка стартовать можно откуда угодно, как будто весь шар поз доступен. Чем сильнее ремешок, тем меньше остаётся места, почти точка. И всё равно можно вести ясный поминутный счёт, если помнить про ограничения ремня.